Вымрут пчелы — исчезнет всё живое

Пчеловодство

Необходимость принятия закона о пчеловодстве обсуждается давно. Инициаторы закона предлагают единую федеральную политику, регулирование и определение правил для пчеловодов, создание саморегулируемых организаций и ведение реестра. Как эти предложения воспринимаются пчеловодами Новосибирской области?
Сначала — о важности этой темы. Не все знают, что согласно прогнозам ученых, в течение ближайшего столетия пчелы могут вовсе исчезнуть с лица Земли. Эксперты ООН по окружающей среде предупреждают, что подобное развитие событий несет реальную угрозу глобальной продовольственной безопасности, в том числе и нашей страны. Это не очередная «теория заговора»: пчелы, являясь естественными природными опылителями, обеспечивают урожайность 87 энтомофильных (то есть опыляемых насекомыми) сельскохозяйственных растений, необходимых для производства 90 процентов продуктов питания. Урожай сельскохозяйственных и дикорастущих растений, который дает еду и корма — главное и для продовольственного обеспечения, и для самозанятости, и для развития сельскохозяйственных территорий — Новосибирской области в том числе.
Сегодня в России насчитывается 3,2 миллиона пчелиных семей. Хотя в начале 1990-х годов их было более 4,5 миллиона. Динамика, как видите, отрицательная. Однако в последнее время заговорили о положительных сдвигах, связанных, в частности, с обсуждением Госдумой законопроекта по поддержке российских пчеловодов. Этот закон, по замыслу его авторов, должен регламентировать совокупность социально-экономических и юридических отношений в сфере пчеловодства и производства мёда. Председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Владимир Кашин поднял вопрос о субсидиях для производителей меда. Помимо этого, нужно выстроить и цивилизованную систему его реализации, ведь мёд производят в основном личные подсобные хозяйства, которым пробиться на рынок сложно, и зачастую они торгуют полулегально.

Панацея или обременение?

пчеловодствоПроект закона предлагает проведение мониторинга количества пасек и пчелиных семей, организацию научных исследований для размножения и сохранности пчел, введение паспорта пасеки и многое другое. Это взгляд из российской Госдумы. У Валентины Васильевны Колуновой, председателя правления Общества пчеловодов Новосибирской области, семья которой занимается пчеловодством более двадцати лет, мнение иное:

— Некоторые действительно ратуют за закон о пчеловодстве. В частности, те, кто не читал, что предлагают депутаты или те, кто лелеет надежду: «вот выйдет закон, и нам, пчеловодам, начнут помогать, защищать нас». Я подробно познакомилась с законопроектами: и тем, что разработан ЛДПР, и тем, который продвигают представители фракции КПРФ.

Так в чем же проблема, спросите вы? Дело в том, что главное для пчеловода, который живет реальной жизнью и сталкивается с реальными проблемами, чтобы в его дела никто не вмешивался, чтобы ему хотя бы не мешали. Нам же предлагают серьезную реорганизацию. Возьмем, например, проект коммунистов — он, я считаю, более продуманный, с юридической точки зрения в том числе. Сегодня многие принимаемые законодательные акты направляют нас в сторону саморегулирования. Проект о пчеловодстве — не исключение. С одной стороны, самостийность, самоорганизация, самоконтроль — это хорошо. Сейчас систему контроля обеспечивает и финансирует государство. Согласно проекту, саморегулируемая организация (СРО), в которую должно входить не менее 300 пчеловодов, берут на себя организационное и финансовое обеспечение всех служб — ветеринарных, контрольно-испытательных лабораторий, системы лицензирования, сертификации и так далее. Немалых расходов требует и содержание штата. Учитывая то, что многие годы пчеловодство было в «загоне» и нас никто не поддерживал, единомоментно взять на себя серьезное финансовое бремя пчеловоды не готовы.

— В таком случае, как реагировать на такие далеко идущие инициативы?

— Наша организация, на случай неконтролируемого развития событий (скажем, попытки создания СРО варягами, не имеющими отношения к сибирскому пчеловодству) старается сохранять ядро своего сообщества. Иначе получится, как у строителей. Кто создавал саморегулируемые организации строителей? Отнюдь не сами строители. В результате, хочешь не хочешь, ты должен платить, причем на чужих условиях. Мы не хотим, чтобы бизнес был направлен не на то, чтобы развивать пчеловодство, бороться с фальсификатом, а на извлечение прибыли любыми способами. Бизнес-структура всегда найдет деньги и на СРО, и на ветеринара, и на лабораторию, и на штат. Но все может закончиться тем, что пчеловоды без разрешения этой структуры не смогут заниматься своим делом. Коммерсант или перекупщик сумеет решить финансовый вопрос, а вот потянет или не потянет пчеловод — большой вопрос. И поэтому мы не считаем закон некоей панацеей.

— Выходит, вы не рассчитываете на поддержку государства в случае принятия закона?

— А оно нас и не поддерживает. Более того: все законы и правила, которые принимаются сейчас, направлены, скорее, на защиту людей от пчеловодства и пчеловодов, а не наоборот. Скажем, раньше в населенных пунктах всегда держали пчел. Сегодня сделать это достаточно сложно. Очень мало принимается норм, направленных на поддержание пчеловодства, в основном — на ограничение и регулирование. Кстати, в законопроекте ЛДПР предлагается загнать пчеловодство в рамки государственного управления и регулирования. Что вряд ли пойдет на пользу развитию…

Почему так много фальсификата?

Нужно сказать, что проблемы, тормозящие развитие пчеловодства, связаны не только с тем, что держится оно в основном на энтузиастах, но и с тем, что находятся они в неравных условиях по сравнению с теми же пчеловодами Евросоюза. Там все без исключения пчеловоды получают значительную финансовую поддержку: 50 процентов идет из бюджета страны, еще половину доплачивает Евросоюз. Это компенсация затрат на ветеринарное обслуживание, закупку лекарств и препаратов, а также на приобретение пчелосемей и необходимого инвентаря. А в США, например, нормой является выплата до 150 долларов растениеводам (она дифференцирована в зависимости от вида выращиваемых растений) за каждую пчелосемью, размещаемую на его землях.
В таких обстоятельствах наши пчеловоды по определению не могут конкурировать со своими зарубежными коллегами. Тем более что положение это усугубляют более суровые климатические условия России, самой холодной страны в мире. Эти условия обуславливают повышенные расходы на получение пчеловодной продукции (длительная зимовка при низких температурах, требующих повышенных расходов корма, более высокая смертность пчелосемей во время зимовки, короткий вегетационный период, строительство и эксплуатация зимовальных сооружений и другие).
Известный популяризатор сибирского садоводства, кандидат сельскохозяйственных наук и глава фермерского хозяйства «Сад Шубиной» Людмила Николаевна Шубина считает, что сибирский климат нашим растениям не помеха. А вот пчелиные семьи от него не в восторге. Этой зимой пострадала и ее небольшая пасека: из зимовки не вышли восемь ульев, и остались лишь два.
«Я — пчеловод-любитель, — рассказывает Людмила Николаевна. — Пчелы мне нужны даже не ради мёда — они опыляют мой сад. Но я знаю, с каким количеством трудностей сталкиваются пчеловоды. Я думаю, что те, кто имеет желание заниматься этой тяжелой работой, должны иметь все возможности для этого. Российская земля столь богата и малонаселена, что свобода выбора должна быть у всех, желающих завести пасеку. Конечно, необходим и разумный контроль: все мы знаем, сколько на рынке фальсифицированного мёда, который везут и из-за границы. Кстати, в прошлом году моя внучка подготовила доклад о мёде, и его качество помогла оценить её мама, моя дочь — химик по образованию. Выяснилось, что из закупленного ими в магазинах мёда 60 процентов — фальсификат. Если даже дети поднимают эту тему, можно понять, насколько это серьезно»…

Главное — не задушить в объятиях

Совсем недавно вопросам угрозы исчезновения пчел и массовой фальсификации меда был посвящен прошедший в Москве XXII международный Конгресс пчеловодов «Апиславия». Сюда съехались специалисты из Австрии, Италии, Испании, Греции, Канады, Новой Зеландии, Китая, Турции, Чехии, Словакии, Сербии, Польши, Болгарии, Румынии, Словении, Македонии — делегации из тридцати стран. Были представлены многие страны бывшего Союза, а также большинство регионов России.
Нужно сказать, что международная федерация европейских пчеловодных организаций «Апиславия», основанная в далеком 1910 году, проводит свои конгрессы один раз в два года. За последние 20 лет Россия впервые получила право на его проведение. То, что форум поддержало правительство РФ, свидетельствует о степени понимания государством проблем, связанных с российским пчеловодством.
Да, пока приходится констатировать отсутствие даже элементарной защиты никак не объединенных пчеловодов — это реальность сегодняшнего дня. В регионах практически не развиваются системы подготовки кадров, сохранения местных пород пчел, переработки и реализации продукции пчеловодства, опыления энтомофильных культур, зоотехнического и ветеринарного обслуживания. Хорошо это или плохо? Мнения по данному вопросу часто расходятся. Но ясно одно: важен баланс интересов, который не только бы помогал пчеловодам на региональном уровне (а многие эксперты склоняются к формированию нормативной законотворческой базы именно на областном и республиканском уровнях), но и решал проблему цивилизационно.
Ведь с сокращением количества пчелосемей сталкиваются во всем мире. В США погибло 90 процентов популяции дикой и 80 процентов домашней пчелы. Причина — в экологии и использовании гербицидов. Последствия исчезновения пчел губительны для всего сельского хозяйства: без них исчезнут, например, огурцы, помидоры, яблоки, какао, кофе и другие культуры. В Германии за убийство пчел, ос и шершней грозит штраф до 65 тысяч евро. И это — стратегия сохранения вида и стратегия выживания, наконец.
Природа России уникальна. Некоторые регионы, в том числе и наш, благоприятны для разведения пчел, и не случайно всё больше молодых предпринимателей становятся профессиональными пчеловодами. В прошлом году в нашей стране было произведено 65,7 миллиона тонн меда, который при правильной организации дела вполне способен стать национальным продовольственным брендом. Однако если смотреть шире, насекомые, признанные вымирающим видом, нуждаются не только в усилиях энтузиастов, но и в государственной заботе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.