Рождение ловкости и красоты

Фото с. завражных

В 20-х годах XX века Всеволод Мейерхольд разработал психофизический тренинг для актеров, назвав его биомеханикой. Биомеханические этюды нашли применение в спектаклях, однако их создатель жестоко поплатился за эстетический формализм, в котором его обвиняла власть. Сегодня единственным своего рода мессией биомеханики является московский актер и режиссер Алексей Левинский, и новосибирским актерам выпал шанс познакомиться с ее премудростями
То ли жонгляж, то ли джиу-джитсу
Биомеханика создана с двумя целями: показать красоту актерских движений и поз, а также научить работе с предметом. Непосредственно сама биомеханика включает пять пластических этюдов, однако ей еще предшествует своего рода разминка — эквилибристические упражнения с палкой.
В недельном тренинге в новосибирском театральном клубе «Пуля» (прошедшем при поддержке СТД РФ и Министерства культуры РФ) участвовало 11 молодых людей, причем после каждого занятия Алексей Левинский общался еще и с залом.
Со стороны упражнения с палкой напоминают искусство джедаев, особенно когда эквилибристический процесс начинает усложняться. Да и сам Левинский выглядит настоящим сэнсеем: уверенный в себе, спокойный и легкий в общении. Стоит ли говорить, что мэтр практически ни разу не ошибся: только один раз палка покачнулась у него на плече, но он тут же поймал баланс обратно.
Вообще же упражнения с палкой начинаются с элементарных ее подбрасываний. Затем нужно подбросить палку так, чтобы она перевернулась в воздухе. Все упражнения выполняются как с правой, так и с левой руки.
Задача усложняется: число оборотов возрастает до полутора. Затем добавляется еще и нога, сквозь которую эту палку надо бросить. Еще — поворот вокруг своей оси и прокручивание палки за спиной. В общем, настоящий цирк. Или еще лучше: джиу-джитсу.
Становится даже страшно за висящие под потолком прожектора: делать двухоборотные броски в этих условиях, конечно, опасно. Да и кое-кто из учеников тоже сам пострадал: бросание палки чревато ударами. У одного актера палка и вовсе раскололась пополам.
У Левинского же все выходит безупречно, хоть восточным боевым искусствам он никогда не обучался. Просто он — ученик Николая Кустова, учителем которого был сам Мейерхольд.
Подобные упражнения могут весьма пригодиться артистам на сцене. Например, у Станиславского в «Синей птице» был такой трюк, когда предметы сами летали по сцене. Все дело в том, что актеры были в черных одеяниях и правильным образом перекидывали предметы.
Левинский в своих спектаклях тоже иногда вставляет биомеханические этюды («Царь Эдип», «Балаганчик»). Однако при работе с артистами как режиссер он не настаивает на необходимости таких тренингов.
Новосибирские ученики дошли до упражнения на поддержание баланса, когда палку нужно удержать в вертикальном положении на ладони. Потом постепенно палка переставляется на указательный палец! Мэтр спокоен и гармоничен физически. Вот он ставит палку на локоть, потом на плечо, затем на подбородок и на ступню. И, наконец, высший пилотаж: ставит палку на руку и перекидывает ее на другую.
В идеале нужно довести занятия до того, чтобы каждый ученик придумал себе собственную комбинацию с палкой — чтобы это было похоже на небольшой номер в пределах одной минуты: с началом, серединой и финальной точкой. Это было бы проверкой на способности создать индивидуальную композицию (кстати, в этюдах все наоборот: там ценится не разнообразие, а точность формы, рисунка). Однако… на это у новосибирских артистов не было времени.
Взаимодействие с предметом очень часто встречается на сцене. Как рассказал Алексей Левинский корреспонденту газеты «Честное слово», предмет, имеющий свою форму, вес и предназначение, должен жить в руках актера. Он должен стать персонажем. И к нему надо как-то приладиться, приноровиться (недаром клоуны раньше сами себе делали реквизит). Как это выглядит на сцене: например, по ходу действия актер вынимает ключи и что-то ими открывает. Ключи — это тоже предметы, и значимость их может быть разная. Поэтому надо уметь это использовать в спектакле правильно. Человек с предметом координирует свои движения и, получается, с ним на «ты». А вот в этюдах предметом становится уже сама фигура.
Рисуем свое тело
Биомеханические этюды бывают следующие: сольные — «игра с камнем», «стрельба из лука» и парные — «пощечина» и два варианта этюда «удар кинжалом». Алексей Левинский показал новосибирским актерам лишь один — этюд с камнем. По мнению мэтра, за такой короткий промежуток времени лучше сделать один этюд дотошно, нежели два неточных.
Камня как такового вы не увидите — он существует только в воображении тех, кто выполняет это упражнение. Включает оно несколько частей, которые сводятся к тому, чтобы совершить воображаемый бросок. В целом главная поза напоминает чем-то атлета, готовящегося бросить диск. На мой взгляд, лучше всего она удалась артисту Первого театра Сергею Гуревичу.
Подобный этюд разработан для показа статичных сцен в спектаклях и направлен на красоту движений, на умение актеров застыть в нужной позе. Подобные сцены можно увидеть на фотоснимках со сценами из мейерхольдовских спектаклей. Правда, сам Всеволод Эмильевич редко применял биомеханику непосредственно в спектаклях, и фотографии эти — не запечатленные кадры из живых спектаклей, а постановочные мизансцены с участием актеров в полном облачении, с декорациями и соответствующим светом. Хотя у Мейерхольда и имелись работы, где биомеханика была проявлена ярко — например, в спектакле «Великодушный рогоносец».
Как считает Алексей Левинский, и не нужно стремиться к тому, чтобы зритель осознавал, что видит на сцене биомеханический этюд. Что-то для него должно оставаться и загадкой. Надо, чтобы он рассуждал примерно так: а почему актеры двигаются именно так, а почему они вдруг замирают? Наверное, это такой стиль.
Актеры театра имени М. Н. Ермоловой, по словам Алексея Александровича, вообще ничего не слышали о биомеханике и не понимают, зачем это нужно. В таком случае при работе с ними в качестве режиссера Левинский поступает хитро: он занимается с ними биомеханикой подсознательно, «контрабандой» — через репетиции, через вещи, связанные с рисунком, координацией и т. п. Кстати, рисунок — самое правильное слово в биомеханических этюдах. Как раз за рисунок, превращающий человека в куклу, и осуждали Мейерхольда.
Итак, предваряющие упражнения с палкой весьма могут пригодиться актерам при работе с предметом, при создании трюков, а вот сами этюды — в статичных сценах. В кино ярким примером применения биомеханических этюдов являются фильмы с Чарли Чаплином.
В театральных институтах как таковую биомеханику не преподают, да и сам Алексей Александрович считает, что биомеханика нужна студентам, актерам и режиссерам только для ознакомления. В любом случае тренинг Алексея Левинского для новосибирских актеров — просто манна небесная. Со своими знаниями мэтр путешествует по всему миру. Есть у Левинского и прямые ученики — в театре «Около», где он служит. Однако надежды на то, что они продолжат миссионерское дело великого Мейерхольда, мало.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.