Отношения с кавказским акцентом

В. Битоков (Фото О. Щебелевой)

Полнометражная картина Владимира Битокова «Глубокие реки» получила приз «Кинотавра» за лучший дебют. Фильм, раскрывающий сложные драматические отношения, царящие между людьми на Кавказе, режиссер представил в новосибирском кинотеатре «Победа»
Несмотря на кавказский колорит, сам режиссер считает, что его картина универсальна, и история, приведенная в фильме «Глубокие реки», могла произойти где угодно. Сюжет же картины таков: в глухом кабардинском поселке трудятся на лесозаготовке отец и двое сыновей. На отца падает дерево, и тот получает травму. Становится необходимо искать другого помощника. На эту роль претендуют парни с противоположного берега реки. Однако из-за их безалаберности братья не желают иметь с ними дело. В результате на подмогу спешит младший брат, живущий ныне в русскоговорящем городе. Соседи же начинают угрожать спалить дом и обесчестить жену одного из братьев, если те их продолжат игнорировать. В финале не показана сцена убийства, но становится понятно, что убьют всех, включая отца и девушку.
Это только слегка очерченная фабула. Фильм же намного глубже и более философский. Например, сам того не осознавая, режиссер использует яркую символику: попавшая в дом птица является символом скорой беды и смерти. Лежащий над головой спящего брата топор отсылает к лучшему произведению мировой литературы. Приблудившийся волчонок, который уже не волк, но еще и не собака, — предвестник младшего брата, который также словно находится между двумя мирами: он вроде бы с семьей, но уже как бы ей не принадлежит. А сам факт того, что младший брат почти забыл родной язык, является символом того, что люди не могут прийти к согласию.
Тот, кто внимательно смотрел картину, обратил внимание на рассказанную отцом историю о том, как раньше люди работали, все было хорошо, все деды вернулись с войны, а их дед вроде как бы и не воевал. Здесь присутствует намек на то, что их дед-то как раз и был настоящим героем, а вот те, кто похвалялись своими подвигами, мало понюхали пороху. И, видимо, дед однажды не вытерпел и убил. Так и началась вражда семей.
Возможно ли примирение на Кавказе? — задали вопрос Владимиру Битокову на творческой встрече. «Я надеюсь, — ответил режиссер. — Иначе бы вообще не делал такой фильм. На Кавказе всегда почитают старших, и в государственном смысле, если мы говорим о каких-то межнациональных или внутренних отношениях, этим старшим должна выступить Россия, которая скажет: «Ну-ка хватит». Но она этого не говорит, поэтому мы видим то, что видим: острые межнациональные конфликты во всех республиках. В человеческом же смысле спасти может культура, которая воспитывала бы в людях нелюбовь к агрессии».
На самом Кавказе, на родине режиссера, фильм восприняли двояко: одни увидели в нем то, что Битоков за баснословные деньги опозорил собственный народ, а кто-то усмотрел, что режиссер попробовал сохранить родной язык: почти все действие герои разговаривают на кабардинском. Всего одну фразу средний брат произносит по-русски: «Рубиться надоело», — потому что жесткий кабардинский язык не приспособлен к тому, чтобы на нем открывать душу.
Не только внешние отношения не способствуют примирению: сами братья далеки друг от друга. Вот почему подслушивающий их далеко не теплый разговор отец не может спуститься вниз и сказать: «А ну-ка любите друг друга»: он упустил момент в их воспитании уже давно. А как знать, может, если бы братья хотя бы уважительно относились друг к другу, трагедии бы и не случилось.
Таким образом Владимир Битоков с кавказским акцентом затрагивает проблемы внутрисемейных отношений. Ради этой идеи режиссер даже выкинул из фильма красивые панорамы гор. Также ради картины Битоков за восемь месяцев до съемок прекратил смотреть любые изображения, кроме каталогов живописи. В результате мы видим самобытные строгие пейзажи, которые располагают к размышлению и лишь оттеняют внутренние конфликты, показанные в «Глубоких реках».

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.