Изучая, разговаривать и, разговаривая, изучать

Для всех нас русский язык — это неотъемлемая часть жизни. Он и способ общения, и школьный предмет, и знак принадлежности к нации. Но редко кто задумывается о русском языке как о науке. Тем временем научной дисциплине «Русский язык» уже сотни лет. Знаменитые русисты составляют славу российской, советской и снова российской лингвистики. Приятно отметить, что в этой замечательной когорте есть и сибирские имена

Елена Булыгина

Функциональность в приоритете
В коридорах Института филологии, массовой информации и психологии (ИФМИП) Новосибирского государственного педагогического университета шумно, студенты большими группами торопятся с лекции на лекцию. Огромное количество портретов ученых смотрят на эту суету с истинно философским взглядом — изучение филологии в XXI веке весьма напряженное занятие.
Мы сидим в небольшом кабинете директора ИФМИП Елены Юрьевны Булыгиной, которая говорит… конечно же, о русском языке и о тенденциях в его изучении:
— Если в 70—80 годы большое внимание уделялось изучению системы языка, его структуре, то сегодня ученые сосредоточены на том, как используется язык. Такой подход называется коммуникативно-прагматическим, и сегодня он преобладает как в российской лингвистике, так и в зарубежной.
Кроме того, по словам Е. Ю. Булыгиной, сегодня в науке, в том числе в лингвистике, на стыке наук возникают новые исследовательские направления. К примеру, есть гендерная лингвистика, вряд ли надо пояснять, что она изучает все, что есть в языке в отношении пола человека. Есть когнитивная лингвистика, изучающая соотношение языка и мышления. Развивается корпусная лингвистика, собирающая и исследующая огромные базы данных по языкам, их и называют «корпус». Кстати, к гордости российских лингвистов, национальный корпус русского языка один из самых крупных в мире. Как дань влиянию интернета появились такие направления, как компьютерная лексикография, речевой этикет интернета.
Конечно, переход к изучению функционирования языка не значит, что сама система языка уже изучена вдоль и поперек. Нет, в языке всегда есть что изучать. Просто мир стал быстрее, мобильнее, а прагматичность и функциональность теперь в научных приоритетах.
Язык как ключ к миру
В зарубежных странах изучение своего национального литературного языка является таким же важным делом, как и в России русского языка. Есть свои профильные институты, аналоги института русского языка им.
В. В. Виноградова РАН, и в европейских, и в азиатских странах. В мире выпускается просто колоссальное количество словарей! И это показатель, что обществом направление весьма востребовано. Тенденции в изучении везде схожие: упор на функциональность. Правда, сегодня зарубежные лингвисты одной из важнейших задач считают продвижение и пропаганду языка и культуры своей страны в мире. Не то чтобы классическое понимание лингвиста как ученого, погруженного в премудрости морфологии и тонкости пунктуации, ушло в прошлое. Однако все чаще их видят на трибунах всевозможных форумов и конференций, где темой бурного обсуждения становятся способы увеличения количества носителей языка.
— Все стараются открыть за рубежом языковые курсы, провести обучающие семинары, организовать какие-то конкурсы. Постоянно растет число филиалов национальных культурных центров во всех странах мира. И нам тут нельзя отставать, — утверждает Елена Булыгина. — Да, наши общественные структуры, как с поддержкой правительства, так и по собственной инициативе ведут работу в европейских и в азиатских странах, но хотелось бы больше. Наш университет тоже вносит свой вклад. В частности, мы активно сотрудничаем с вузами европейских стран, к примеру, с нашими итальянскими коллегами. В Италии есть кафедры славистики, оттуда стараемся приглашать преподавателей к нам, организуем курсы повышения квалификации и совместные проекты.
Мы сходимся с Еленой Юрьевной во мнении, что язык — это инструмент сохранения нации и государства. Это так называемая «мягкая сила», посредством которой культура народа растекается по миру и воспитывает лояльность к стране. То, что с развалом СССР произошло сокращение кафедр русистики, является значительной потерей если не для русского языка как научной дисциплины, то для поддержки и распространения русской культуры однозначно. Роль русского языка в окружении нашей страны снижается, в лучшем случае он стал вторым государственным, в худшем оказался под запретом официального использования и заперт в условиях домашнего общения.
— Есть некоторые положительные тенденции, — замечает Елена Булыгина. — Молодежь из бывших республик СССР пытается изу-чать русский язык, так как видит, что он дает возможность выйти за рамки национального государства, получить хорошее образование и сделать карьеру. Этот момент нельзя упустить, мы должны приложить усилия и поддержать ростки интереса, ведь это залог добрых отношений с другими странами.
В лингвистике периферии нет
Сегодня вузовская русистика имеет несколько центров. И если Москва и Санкт-Петербург превалируют на страницах научных журналов, то это не значит, что на столичных лингвистах свет клином сошелся. Сегодня достойное место в изучении русского языка занимает Новосибирский государственный педагогический университет и его институт филологии, массовой информации и психологии. Здесь научная исследовательская деятельность проходит как в тиши кабинетов, так и в публичном пространстве. 17—19 октября пройдут 20-е Филологические чтения, которые соберут за дискуссионным столом лингвистов ведущих исследовательских институтов и вузов страны и зарубежья. Тема нынешних чтений — «Проблемы интерпретации в лингвистике. Языковая система и творческая активность говорящего».
Кроме того, недавно институт филологии завершил двухгодичную работу по гранту Российского государственного научного фонда над базой данных прагматически маркированной лексики. Ученые создавали электронный словарь на базе существующих словарей, дополняя их своим материалом. Другая обширная работа касалась базы данных в такой междисциплинарной области, как юрислингвистика. Несмотря на сухость названия, исследования в этой сфере крайне востребованы. Работы, определяющие признаки экстремизма в тексте, наличие или отсутствие в сообщении оскорблений чести и достоинства, пособия по атрибуции текстов с точки зрения авторской принадлежности сегодня становятся доказательствами в судебных делах.
— Большим подспорьем в научной деятельности является то, что мы, как вуз, можем привлекать молодых исследователей, — говорит Елена Булыгина. — Наши студенты изучают русский язык и имеют возможность публиковать результаты своих исследований как во «взрослых» изданиях, к примеру, в сборнике «Молодая филология», так и в специализированных изданиях, таких как «Первые научные штудии».
За последние годы вышло множество монографий и тематических исследований, авторами которых являются ученые ИФМИП. Вот, к примеру, недавнее издание — «Язык городского пространства. Словарь. Карта. Текст» — сопоставительное исследование городских наименований русских и европейских городов, авторы Елена Булыгина и Татьяна Трипольская, д.ф.н., профессор кафедры современного русского языка. Или недавний учебник тех же авторов «Лексикология русского языка. Практические задания и словарные материалы».
Надо сказать, что студенты ИФМИП в массе своей учатся по учебникам своих же преподавателей. Это, к примеру, «Современный русский язык. Синтаксис» в 2-х частях за авторством д.ф.н., профессора Н. П. Перфильевой и к.ф.н., доцента М. В. Шпильман. Или «Самоидентификация: семантика, прагматика, языковые ресурсы» д.ф.н., доцента, М. А. Лаппо. Из последних и неординарных изданий НГПУ можно назвать «Русский травелог XVIII — начала XX веков», который стал первым опытом систематизации и аннотирования травелогов или записок путешествующих в то время россиян.
Минус не языку, а речевой культуре
Вопрос «какие изменения в русском языке можно отметить знаком минус?» заставляет Елену Булыгину поморщиться: «Есть язык со своими особенностями развития, которые лингвист констатирует и изучает. У языковой системы минусов нет. Но есть и человек, который язык использует, и в том, что касается речевой культуры общества, можно говорить о плюсах и минусах».
Примером, по словам Елены Юрьевны, может послужить явление заимствований из других языков. Дискуссий развернулось множество, часть горячих сторонников чистоты языка ратуют за запрет «иностранщины». Но процесс заимствования универсален, сопротивляться ему сложно и зачастую безрезультатно. «Если язык способен адаптировать слова, включать их в свою систему, то плохого в заимствовании нет. Русский язык богат, так, его словообразовательная система быстро адаптирует многие заимствованные слова. Проблема в бессистемном и бездумном использовании заимствований! — восклицает Елена Булыгина. — Вот это и есть минус, но не языку, а речевой культуре».
Другой процесс со знаком «минус» — широкий приток просторечной лексики и жаргонных словечек в публичную речь. Этому существует довольно простое объяснение. Ранее доступ к широким массмедиа имело ограниченное количество людей. Текст продумывали и сверяли, а просторечие и жаргон просто не имели выхода к массовой аудитории. Но сегодня мы наблюдаем, как в информационное пространство выходят миллионы людей. Все, что ранее было ограничено домом, компаниями друзей, различными сообществами, выплеснулось в публичное пространство. Тем не менее, это объективно меняющиеся условия применения языка. И не всегда их надо считать несущими негатив.
— Нужно иметь в виду, что понятие «норма» одновременно стабильно и динамично. Норма со временем меняется, а ее стабильность создает красивую правильную речь. Мы должны учить нормам и помнить, что для каждой сферы и области применения языка есть свои правила. То, что мы позволяем себе в интернете и личной переписке, не может быть принято за обычай в публичном общении, — утверждает Елена Булыгина.
Мы заканчиваем беседу, и я обращаюсь к теме гибели русского языка, которая муссируется годами. Что об этом думают не дилетанты, а филологи?
— Живее всех живых! — смеется Елена Булыгина. — Язык умирает, когда на нем перестают говорить. Русский язык живет и развивается. Сегодня русский язык является родным для 160 миллионов человек, это 8 место среди языков планеты. По активности в интернете он и вовсе среди лидеров. Учитывая, что в мире около 7100 языков, о гибели нашего родного языка говорить, по крайней мере, преждевременно. Так что… как ваш проект называется? «Живой как жизнь»? Именно это мы и можем сказать о русском языке. Другое дело, что нам надо работать над культурой речи, над распространением русского языка и культуры в мире. И вот тут нельзя надеяться только на лингвистов, русистов и правительство. Речевая культура — дело каждого.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.