С опорой на народное

(Фото М. Афанасьева)

Камерный оркестр Новосибирской филармонии открыл очередной 27-й сезон сразу двумя новыми программами. Первая связана с исполнением сочинения Леонида Десятникова, который использовал фольклор русского Поозерья, а вторая — со звучанием древнего, просто волшебного инструмента эрху из Поднебесной, который мы часто слышим в китайских фильмах и который насчитывает не одну тысячу лет

(Фото В. Дмитриева)

Музыка, выбившаяся из нормы
В основу сочинения Леонида Десятникова «Русские сезоны» лег календарный земледельческий фольклор русского Поозерья, в частности, волжские песни. Несмотря на кажущуюся неброскость, это сочинение отличается настоящей глубиной. Для него характерны и мелодизм, и ритм, и необычные интонации. А все диссонансы, которые встречаются в партитуре «Русских сезонов» — это не диссонансы Десятникова, как может подумать взыскательная публика, а диссонансы народные.
Для песен волжского Поозерья характерна разнохарактерность: там есть место и частушкам, и сатирико-саркастическим вещам. «Наличие мелизматических диссонансов, мелких нот, которые разукрашивают гармонический склад мелодий этих песен, — наверное, характерная особенность вообще средней полосы России и волжского Поозерья в частности. Но наша академическая тональная музыка не всегда может отразить тонально-гармонический план этих песен, — пояснил дирижер Камерного оркестра Алим Шахмаметьев. — И вот Десятников как раз мастерски выкрутился, потому что он академическими средствами и приемами игры на струнных инструментах всячески подчеркивает эти ладовы-гармонические особенности и особенности интонационного склада. Если объяснить грубо, в нашей кварто-квинтовой темперированной системе всего 12 нот — 12 полутонов. А в песнях волжского Поозерья иногда интервалика, интонации, расстояние от одной ноты до другой нетрадиционное, ненормированное. Возникает вопрос: как это сделать, если мы не перестраиваем свои инструменты — мы же струны скрипки по-другому не будем настраивать? И мы не делаем скордатуру, а пытаемся с помощью мелизматики и маленьких мелких ноточек из-за основной ноты обозначить эти интонационные особенности».
Как раз тот факт, что струнники Камерного оркестра смогли это исполнить на таком уровне, — во-первых, респект Десятникову как композитору, но и, конечно, нашим музыкантам, которые смогли правильно все это выучить и представить наиболее эффектным образом.
Конечно, зрителям бросается в глаза и некая нестыковка в названии программы: казалось бы, какое отношение имеют дягилевские «сезоны» к фолькору? Как пояснил Алим Анвярович, Десятникову вообще свойственен эпатаж. Один из любимых композиторов Леонида Аркадьевича — Игорь Стравинский. И поэтому эти дягилевские «сезоны», благодаря которым Стравинский стал популярен, трансформировались в «Русские сезоны» Десятникова. Это к вопросу об условности названия и вообще об условности жанровых наименований, в частности в музыке наших дней.
Осталось добавить, что помогала воплотить на сцене сочинение Десятникова «Русские сезоны» петербургская вокалистка Вера Чеканова.
Прикоснуться к Древнему Китаю
Китайский виртуозный исполнитель на древнем инструменте эрху Джордж Гао уже выступал с новосибирским Камерным оркестром и отметил, что эти люди просто влюблены в музыку, оттого с ними так комфортно работать. Довольно лестное замечание от Гао еще и то, что наши струнники — музыканты мирового уровня и первого ряда.
Джордж Гао им под стать: китайский музыкант признан лучшим национальным исполнителем на эрху. Более того, Поднебесная признала его народным достоянием Китая! Кроме всех прочих наград, Гао — обладатель премии «Оскар» (Джордж пишет разноплановую музыку, среди его сочинений есть и саундтреки).
Все, конечно же, слышали, звучание эрху с его характерной «мяукающей» восточной интонацией, но мало кто знает, что это именно этот инструмент. Стоит сказать, что эрху чем-то напоминает скрипку, только у него нет грифа и всего две струны. Собственно, слог «эр» и означает «два». А поскольку раньше северян в Китае называли «ху» (на севере жило много монголов), то оттуда и пришло название второго слога. То есть данный музыкальный инструмент пришел на территорию Китая через Среднюю Азию.
Джордж Гао отметил еще одно отличие эрху от скрипки: на китайском инструменте надо более детально, более тонко надавливать на струны пальцами, и вхождение в игру на эрху сложнее, чем в игру на скрипке.
Как заметил Алим Шахмаметьев, оркестр которого вторил на концерте эрху, Джордж Гао имеет тонкое и острое академическое чутье, что отличает его от других исполнителей на народных инструментах. И прозвучавшая в исполнении Гао ария Царицы ночи из оперы Моцарта «Волшебная флейта» лишний раз подчеркнула его академическое образование.
«Это очень важно, потому что я всегда отдаю предпочтение тем людям, которые не понаслышке и не в двух нотах знакомы с нашим искусством, — признался Алим Шахмаметьв. — И собственно говоря, именно эти музыканты — музыканты такого ранга, такого формата и в состоянии достойно представлять искусство и культуру своей собственной страны, своего народа на международной арене. Потому что это народное фольклорное искусство сопряжено и полностью сочетается с нашими всемирными академическими традициями».
Концертная программа началась со стихотворения знаменитого китайского поэта Ли Бо, что сразу настроило зрителей на нужную волну. Джордж солировал наравне с арфисткой Тамарой Тарновской. Поддерживал его, конечно же, и Камерный оркестр. Кстати, свои произведения Гао переложил специально для струнников. «Обычно в такой практике, когда солист с инструментом, подобным эрху, гастролирует по всему миру, то в разных ситуациях для разных коллективов делаются разные аранжировки. Скорее всего, в данном случае эта аранжировка была сделана именно для исполнения с нашим оркестром. Я не думаю, что это специальная оркестровая композиция, написанная именно для струнного оркестра. В программе концерта есть композиции, которые были аранжированы для большого симфонического оркестра, а мы их играем нашим струнным составом. Это говорит о том, что эти композиции живут отдельной жизнью, не всегда привязанные к отдельной оркестровке. В таких программах, в таких случаях с нетрадиционными для академической музыки инструментами, это — очень частое явление», — пояснил Алим Анвярович.
Что же непосредственно до сочинений Гао, которые прозвучали на концерте, то одно из них, лирическое и плавное, написано по мотивам стихотворения великого танского поэта Ван Вэя. Название «Дом поэта в горах» сразу прослушивается в музыке с первых же тактов — вырисовывается в воображении соответствующая картина. Несмотря на наличие всего двух струн, эрху играет разными красками, а Камерный оркестр то вежливо подкрадывается к этому диалогу, оставляя на переднем плане звучание китайского гостя, а то оттеняя эрху и органично сливаясь с ним.
Вообще, можно сказать, что эрху — плачущий инструмент. Когда он звучит, кажется, что тебе рассказывают языком музыки или о любви, или о какой-то трагедии.
Следующая композиция, написанная и исполненная Гао, — «Монгольская фантазия». В ней всего четыре ноты и там действительно прослеживаются монгольские напевы. По интонации это произведение немного смахивает на европейское сочинение — видимо, сказалось космополитическое образование Гао, который закончил как Шанхайскую консерваторию музыки, так и консерваторию в Торонто.
Сочинение Гао «Каприччио № 3. Ослепительный блеск» имеет уже пять нот, характерных для восточной музыки. И здесь ощущается характерность и легкая игривость.
Джордж вообще любит повеселиться на своих концертах — при исполнении одного произведения все музыканты даже притопнули «хором». Гао успел поиграть и с новосибирским залом, заставив немного выучить китайский язык. А композицию «Звучание Шелкового пути» музыкант, по его словам, и написал специально для того, чтобы было весело. В ней просто ощущается, как идет караван.
Помимо авторских сочинений, Джордж Гао исполнил саундтрек к знаменитому китайскому сериалу «Сон в Красном тереме», композицию Энио Марриконе, также каприччио на тему «циньских мелодий» и самую известную композицию для эрху «Скачущие лошади».
Как показала эта концертная программа, Джордж Гао великолепно соединяет древнее и современное звучание. В тот вечер Восток и Запад переплелись, равно как и прошлое и настоящее. Сам концерт был посвящен 70-летию со дня образования Китайской Народной Республики и 70-летию установления дипломатических отношений между Китаем и Россией. Так что тем вечером и музыканты, и зрители сделали попытку прикоснуться к великой цивилизации — великому искусству Китая.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.