Корабликом любви по реке жизни

(фото Д. Жбановой)

Многие знают, что первая любимая жена российского музыканта Юрия Шевчука Эльмира Бикбова ушла из жизни в возрасте 24 лет. Эта тема, равно как и сама биография Шевчука, стали центральнообразующими в новом рок-мюзикле «Фома» Новосибирского музыкального театра
Постановщики не ставили основной задачей воссоздать жизнь Юрия Шевчука полностью. Главным в спектакле является путь становления героя Фомы как музыканта на фоне разворачивающихся в стране событий. И, конечно, музыка — это песни Юрия Юлиановича как известные всем, так и ранние. Вот здесь-то и заключалась основная трудность, ведь эти песни изначально не предназначались для театрализованного использования. Однако артисты настолько органично их исполнили, что даже те, кто никогда особо не любил творчество Шевчука, пересмотрели свои взгляды на его музыку, ведь, вопреки жесткому голосу Юрия Юлиановича, сама музыка очень глубокая и лиричная.
Спектакль получился одновременно и сильным, и трогательным. При этом смерть главной героини Людмилы не выглядит страшной бедой — это как приход новой души. Недаром в финале спектакля появляется большой прекрасный одуванчик как символ солнца и света. Одуванчик еще и цветок верности и счастья. А счастье у Людмилы и Фомы было. Это счастье они проносят через все трудности, включая интриги сотрудника КГБ Николая Геннадьевича.
Когда шел процесс согласования сценария с самим Шевчуком, новосибирские постановщики пообещали, что к теме его семейной жизни они подойдут деликатно. А иначе было просто и невозможно, ведь жизнь Юрия Юлиановича, как его песни, чиста.
Артисты и режиссер Филипп Разенков подошли к этой постановке весьма ответственно. Так, перед премьерой они устроили свободный квартирник для зрителей и журналистов, чтобы зарядиться энергией рок-н-ролла и понять, насколько эта музыка интересна. Как выяснилось — интересна не только тем, кто родился в 50—60-е, но и более позднему поколению. Песни Шевчука не зависят от времени. А большинство из них просто идеально вписались в концепцию спектакля. Например, трагичная «Вороны» стала посмертной песней Людмилы. А «Ночь-Людмила» и вовсе подарила имя героине (а вот имя Фома, скорее всего, связано с неверием героя в коммунизм). Сам спектакль, по признанию режиссера Разенкова, — посвящение Эльмире.
На квартирнике артисты играли на музыкальных инструментах, пели, шутили и отвечали на вопросы. Правда, в самом спектакле в инструментальном сопровождении им уже помогали группа «Красный берег» и оркестр под управлением Александра Новикова. Это и понятно, ведь мюзикл предполагает использование хореографии и, например, артистам, исполнявшим роль Фомы (а их было аж три), было бы сложно одновременно играть, петь и двигаться.
Что же до роли Людмилы, то по сценарию она танцовщица. Только вот ее свободный танец в исполнении Анны Ставской на пресс-показе не выглядел убедительным: природа Анны, мне кажется, заточена немножко на другой жанр — более классический.
Главной музыкальной темой — темой Фомы и Людмилы — является песня «Новое сердце». Именно эту песню неожиданно для своих друзей мгновенно сочиняет Фома, первый раз увидев Людмилу. Ее же исполняют, когда под сердцем героини зарождается новая жизнь.
Конечно, звучало много хитов, среди которых и «Осень», и «Актриса-Весна», и «Дождь», и «Любовь», и «Родина», и «Ветер», и «Метель». Заканчивается спектакль ожидаемой «Это все, что останется после меня». (Изначально для спектакля было отобрано порядка 50 песен. Но, конечно, уместить их все не удалось).
Вообще попадание произошло не только в самих текстах, но и в личной связи артистов и режиссера с творчеством Шевчука. Например, исполнитель роли Фомы Антон Войналович после того, как наслушался песен Юрия Юлиановича в 6-м классе, захотел переехать в Питер и стать таким же, как его кумир. Даже если превратиться в большую звезду у парня не получилось, зато он научился играть на гитаре и серьезно разговаривать с родителями.
Что же до Филиппа Разенкова, то его путь к спектаклю по песням Шевчука такой: «Я, как и наши артисты, примерно одного поколения: мы родились в перестройку — в то время, когда Шевчук звучал очень громко и ярко. Соответственно, в период созревания мы слушали рок-н-ролл. Но я лично не слушал «ДДТ» — я тогда увлекался западной американской альтернативой, очень тяжелой музыкой, и играл в разных, в том числе панковских, группах. И был период, когда ребята из одной ижевской группы, исполнявшие, помимо своих, еще песни «ДДТ», позвали меня в качестве клавишника. Я волновался и жутко налажал на концерте. Видимо, это во мне как-то отложилось, и я решил, что нужно исправиться перед Юрием Юлиановичем. Но это, конечно, шутка: до творчества Шевчука нужно расти, и тогда оно уже раскрывается по-другому. В его песнях значимость текстов, поэзии стоит наравне с музыкальной составляющей. И для многих, может быть, даже в первую очередь, он поэт, а не музыкант».
Прежде чем выйти на сцену в новом спектакле, артисты прочли редкую книгу, в которой Эльмира Бикбова сама рассказала о своей жизни и об их отношениях с Шевчуком. «Она была очень неординарным человеком и спасалась в разлуках с любимым именно творчеством, — рассказала Анна Ставская. — И у нее могла быть очень интересная судьба, если бы она осталась на этой земле и не ушла так рано. Она очень любила своего мужа. И именно любовь сделала ее путь интересным и насыщенным».
Можно сказать, что, работая над ролью, Анна пыталась стать частичкой Людмилы, стараясь постичь ее глубины и мысли.
Тот факт, что артисты поют, конечно же, вживую, является в какой-то степени позицией самого Шевчука. У музыканта даже песня имеется на этот счет — «Фонограммщик». Но самая главная позиция Юрия Юлиановича заключена в финальной речи Фомы, когда он выступает перед стотысячной аудиторией. Вопреки просьбе аппаратного надоедливого Николая Геннадьевича, который просит Фому похвалить власть, герой удачно меняет его текст, повинуясь голосу свыше (голосу Людмилы), и говорит с народом как с родными людьми. И народ ценит такую искренность. Недаром Фому буквально носят на руках, когда происходит съемка клипа «Осень». Параллельно на заднем плане очень печально выглядит Людмила: получив врачебное заключение-приговор, она сворачивает его корабликом и пускает по ручью. Так героиня словно бы отпускает свою любовь, которая, как и память о ней, мы верим, до сих пор живет в душе музыканта.

На квартирнике слева направо: Ф. Разенков, А. Крюков, А. Коновалов

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.