Любимый город для художника

М. Паршиков на выставке «Города, где я бывал» с ученицами Е. Матросовой и Е. Глусцовой (Фото А. Игнатовича)

Новосибирский художник-график Михаил Паршиков, как любой творческий человек, любит посещать Европу. Итогом его путешествий стала выставка «Города, где я бывал» в стенах Новосибирской областной научной библиотеки, на которой художник представил результат совместных с его ученицами художественных практик

М. Паршиков «Париж, Нотр-Дам»

Зарубежные путешествия Михаила Владимировича начались достаточно рано — будучи молодым архитектором, наш герой, по его словам, каким-то образом вписался в группу, которая поехала по странам социализма, где посетила Польшу и Чехословакию. Правда, Паршиков в те годы серьезно еще не рисовал. И даже сейчас, посещая те или иные города, находится, как говорится, в процессе — не сразу увиденные достопримечательности ложатся на бумагу.
Пока живописный отклик в душе художника нашли Париж, Цюрих и Венеция. А вот Германия, как и Барселона, только ждут своего часа. Хотя после того, как Паршиков 14 лет назад нарисовал эскиз с горы, городской пейзаж Барселоны сильно испортил выросший гигантский небоскреб, и неизвестно, сможет ли художник закончить начатое.
Ну и бог с ней, с Барселоной, когда есть Париж — любимый город Михаила Владимировича. Как признался сам художник, «воздух там какой-то особенный». И гулял там в саду Тюильри, на любимой площади Конкорд Паршиков совершенно один: немаловажный фактор для создания произведений — когда никто не мешает. Как результат — картины «Париж. Площадь Конкорд» и «Париж. Тюильри», написанные с натуры. А вот Нотр-Дам написал, что называется, по впечатлениям — «это когда ты приходишь на место, весь проникаешься настроением от этого гения, которое под ногами и вокруг, и несколько позже создаешь что-то, отдаленно напоминающее», рассказывает художник. В результате сгоревший Нотр-Дам Паршиков на листе фактически восстановил заново.

Е. Матросова «Скандинавия»

Довелось художнику и его ученицам поработать ассоциативно. В частности, желтые аппликативные квадратики в работе «Скандинавия» Елены Матросовой напоминают кирхи, что стоят на утесе. Возникает и другая ассоциация: часто скандинавские города находятся на островах, и их соединяют длиннющие мосты. И складывается ощущение, что желтые квадратики — это острова, а все черное — море, которое поглощает территорию Скандинавии.
Были на выставке и примеры работ, в которых натура перемежалась с ассоциативными вещами — в частности, на тему Марка Шагала.
Картина «Мон-Сен-Мишель» создана и вовсе по воспоминаниям.

М. Паршиков «Доброе утро, Марк Шагал»

А вот Цюрих Паршиков писал… с монитора! Причем дошел до этого не сразу: «С Цюрихом форменный анекдот получился. Я, значит, в Цюрихе беру себе папку под мышку с утра — и пошел рисовать. Весь день прогулял — не получилось. То ли места не было, куда бы можно было приткнуться, то ли настроение было совершенно другое — нерисовабельное.
И прихожу я после этой прогулки домой. Хозяйка спрашивает: «Ну как?» Я: «Ничего не получилось». На следующий день то же самое: ничего. И она мне говорит: «Ты мне голову не морочь, а садись к монитору и рисуй с монитора». Я сел к монитору и чувствую: не получается.

М. Паршиков «Цюрих, Лиммат»

Потом все-таки пробило и пошло рисование.

Срисовывать с монитора — целая специфика жанра. С натуры-то каждый сумеет. А с монитора — поди ж ты: у него там излучение какое-то, влияющее на тонкую нежную душу художника», — шутит Михаил Владимирович.
Если Цюрих дал такой необычный опыт, то Париж — особый энергетический заряд для того, чтобы продолжать рисовать. И, к слову сказать, в своей французской серии Паршиков особо гордится океаном в картине «Франция. Геранд» — гениальной, по его мнению, линией горизонта, которая является основой нашего представления о перспективе.
Были среди выставочных работ как законченные, продуманные картины, а были сделанные и в скетчевом режиме — когда надо было достичь определенного результата за короткий срок, и тогда в ход шли и сепия, и фломастеры.

М. Паршиков «Новосибирск, вход в Центральный парк»

Но все путешествия когда-то заканчиваются. Своего рода символом тоже по-своему любимого города — города-пристанища являются работы, посвященные Новосибирску. И несмотря на то, что однажды Паршиков увидел из окна иллюминатора многообразие серого цвета, подлетая к аэропорту Толмачево, картины, посвященные столице Сибири, немногим по технике отличаются от своих европейских собратьев. Может, здесь и кроется загадка, какой город для художника любимый?

Е. Матросова «Цюрих, Лиммат»
Е. Глусцова «Венеция, мост Риальто»
Е. Матросова «Британская готика»
М. Паршиков «Париж, ночные мистерии»
Е. Матросова «Прага, Карлов мост»
Матросова «Новосибирск, Дом на Красном»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.