Василий Веретено: «Судьбы моей простое полотно»

Под таким названием в 2019 году в Новосибирске вышла третья книга Василия Веретено — руководителя Группы компаний «Северянка», лауреата Межрегионального конкурса «Директор года» 2017, 2018гг. Она издана в год 70-летия Василия Ануфриевича и стала достойным подарком к его юбилею
Василий Веретено, как «величает» он себя сам, — человек «от сохи», из народа. Родился в конце 40-х годов прошлого века в таежной сибирской деревне Захарково и впитал все ее жизненные ценности: открытость, доверие, взаимопомощь, почтение к предкам. Книга «Судьбы моей простое полотно» — максимально откровенная, автобиографичная, исповедальная. При этом — книга историческая, философская. Разговор в ней не только о личном, пережитом, судьбе автора, но и о судьбах трех поколений людей, чей адрес «не дом и не улица», а «адрес — Советский Союз».
Род
— Чем старше человек становится, тем больше хочется ему «окунуться» в детство. Как в речку с самой чистой и прозрачной водой. В вашей книге много пронзительных, светлых страниц о детстве, которое, несмотря на трудное послевоенное время, вовсе не кажется несчастливым.
— В это время, в эту реку детства, конечно, уже никому не окунуться. Но память — как мелодия времени. Она очень избирательна и «высвечивает» до мельчайших подробностей всегда самые яркие, незабываемые эпизоды твоей жизни. Мы жили в удивительное и быстротечное время, когда на срезе нашей жизни происходила история. В том числе ее героическая часть. Жизнь моих деда и бабушки — это довоенная история, моих родителей — военное и послевоенное время. Мы, послевоенное поколение, в детстве получили все то, что не удалось получить нашим родителям. Мы были не всегда сытыми, но были радостными, счастливыми. Вспоминая детские годы, я поражаюсь тому, насколько мы были свободны! Насколько доверяли нам родители, когда отпускали на речку, в лес, в походы с ночевкой. Как это не похоже на современные тепличные условия, когда детям даже погулять во дворе дома без мамкиного надзора стало невозможно!
— Василий Ануфриевич, корни вашего большого рода, прошедшего через многие лишения и испытания репрессированных, находятся в Молдавии?
— Вообще-то, фамилия Веретено не молдавская. Она имеет казацкие корни. Все идет от той «вольницы», от запорожских казаков, которые рассеялись потом по всей Украине. Мой отец — молдаванин, сосланный в Сибирь, принадлежал к очень вольному и предприимчивому роду. Население села Плоть, в котором он родился и жил, в давние времена сложилось из беглецов османского ига. Это были люди, дышащие вольным воздухом свободы, такое своеобразное «казачество», рабство или подчинение для которого было невозможно. И самым страшным ругательством в устах моего отца в свое время было «турок». «Васька, турок ты этакий! — кричал он мне, когда сердился. — Чего опять напакостил?!»
— У ваших родителей было семеро детей?
— Да, поговорка «семеро по лавкам» — это про нашу семью. В ней три брата и четыре сестры, о которых я рассказал в своей книге.
— В вашей книге есть потрясающая глава, читая которую хочется заплакать, — про ситцевые занавески…
— Да, эти светлые кусочки ткани стали символом новой, более благополучной жизни. Когда моих родителей сослали в глухую таежную деревню, то жили они в бараках. Работали на лесоповале — и мужчины, и женщины. Это был изнурительный труд. Придя с работы, спали все вместе на полу, вокруг печки, скопом, как придется. И дети в этих временных пристанищах не рождались. А в 1937 году отменили хлебные карточки. Наступило более сытное время, и в тесных дощатых комнатушках стали появляться первые ситцевые приметы уюта. И дети.
— В своей книге вы пишете о том, что создали генеалогическое древо своей семьи. И занимает оно… шесть (!) метров. Сколько же родных людей вы нашли?
— Более трехсот! Вот, посмотрите! — И Василий Ануфриевич разворачивает большой «свиток». На шестиметровом листе ватмана — фотографии членов большой семьи Веретено. И линиями показаны все родственные связи — по отцовской и материнской линии. — Это, по сути, пока еще не семейное древо, а программа, над которой предстоит работать дальше. Но позже само древо обязательно будет создано!
Родина
— Род, родители, родина — это слова с одним корнем. «Это очень сильное чувство — притяжение Родины», — говорите вы в книге. Это чувство не покидает вас и сегодня?
— И никогда не покинет! Я — коренной сибиряк. А знаете, что есть самое восхитительное в Сибири? Это реки! Всякий раз, проезжая по мосту через Обь, не могу оторвать взгляда от ее невероятно живой и могучей воды. И, когда приезжаю на свою малую родину, всегда бываю на реке своего детства. Реки чистоты… Реки сильной воды… Реки надежды… И, конечно же, самое большое наше достояние — это люди. Сибиряки. Таких больше нигде нет. Надо понимать, надо знать историю своего родного края. Четыре — пять раз в год я езжу на свою малую родину. Я люблю эти места. Встречаюсь с односельчанами, знаю истории многих семей, уже их вторые, третьи поколения. В памяти моих односельчан хотел бы остаться человеком, который не болел амнезией. Для возрождения деревни Захарково мы с моими сыновьями поставили поклонный крест, камень, беседку, восстановили список жителей, издали книгу воспоминаний «Жили-были в Захарково».
— Ваша новая книга «Судьбы моей простое полотно», как и предыдущая — «Жили-были в Захарково», оформлена в черно-белом цвете. Выглядит стильно, эстетично. Но уверена, что ради не одной только эстетики, «издательского хай-тека» — высокого минимализма вы использовали для оформления контрастные цвета. Все наши фотографии из «прошлой жизни» — черно-белые (а их в книге великое множество!) Да и сама наша жизнь в черно-белую «полосочку». Но вы правы: историю своей страны надо знать, понимать и уважать. И как человек, любящий свою Родину, вы пишете: «Был в Бразилии на карнавале. Восхитительная, эмоциональная, теплая страна. Но Россия лучше!» С ее белыми снегами, бескрайними просторами, русскими черно-белыми березами зимой…
— Да, гораздо большую насыщенность жизнь имеет все-таки в русских контрастах! Мы читаем свою страну, как книгу, — от Ленина до Путина. Местами нравится, местами — глаза бы не видели!
— Василий Ануфриевич, многие страницы вашей книги посвящены Советской армии. И это не только часть вашей биографии, но и часть истории нашей страны. «Армия — лучшая растишка для мужика», — утверждаете вы. А сегодня все больше молодых людей пытаются всеми способами от нее «откосить».
— Я считаю, что человек проходит три школы. Это школа, армия и сама жизнь. Некоторые не выдерживают такую «нагрузку». Советскую армию, когда она была еще не трансформирована, все уважали и боялись. Это было лучшим внешним уважением к Советскому Союзу. Что можно сказать сегодняшним молодым ребятам? Кто-то же должен защищать семью, дом, детей, Родину! А кто, кроме них, молодых?! Известно, если нет своей армии, будешь кормить чужую. Сегодня ребята просто не понимают, как можно жить без интернета, смартфонов, айфонов. Не понимают и того, что целая плеяда людей, которые жили, творили, созидали, построили в свое время огромную страну. Мы и сегодня еще живем на том потенциале, который создали предшествующие поколения.
Главная проблема сегодня в том, что из школы ушло патриотическое воспитание. Да и вообще — воспитание. Духовно-нравственное. Любое. Мы живем в быстро меняющемся мире. Ушли или уже уходят даже производственные специальности — токарь, слесарь, шлифовщик. Скоро совсем нечего будет шлифовать, нечего точить! Все выпускники школ хотят стать «бизнес-вуменами», банкирами. Но это же нереально.
— Мы приближаемся к 75-летию Великой Победы, отмечаемому в этом году. И видим, какое издевательство над историей пытаются учинить на Западе, как пытаются исказить и принизить роль советских людей в победе над фашизмом. Как вы относитесь к этому?
— Наше поколение глубоко осуждает ведущуюся сегодня политику, направленную против России. Поэтому важно донести нашу идеологию до каждого человека. Мы должны сегодня противопоставить нашу идеологию, в разы превышающую идеологию Запада. Нельзя оставлять в вакууме нынешнее молодое поколение. Мы должны вести действенную контрпропаганду в средствах массовой информации, на телевидении, радио. В школах, наконец, где проходит линия борьбы за умы и души молодежи.
Судьба
— Василий Ануфриевич, с той поры, как вы с «чкаловского крыла» пошли на «вертикальный взлет» — стали директором крупного предприятия легкой промышленности, кандидатом технических наук, прошло много лет. И много воды утекло, и многое поменялось в нашей стране. Пройдены такие трудности, которые, кроме нас, никому не понять. Именно на изломе этого трудного времени вы приняли свое главное мужское решение — решение возглавить женский коллектив. Не жалеете о нем?
— Совершенно не жалею! «Швейная машинка» выткала лучшую строчку моей судьбы. Все-таки верю в то, что у каждого есть своя судьба. То, что называется — «звезды сошлись». Нечаянного, случайного ничего не бывает. Чкаловский завод дал мне базовую закалку, которая позволила участвовать в выборах на должность директора швейной фабрики «Северянка». И победить. Производственный опыт у меня был — мастера, начальника цеха, потом начальника сразу трех важных цехов. Меня всегда ставили на самые трудные, прорывные участки. А на любом производстве главное — люди. Они — стержень, ядро, вкруг которого решаются все вопросы. И придя на «Северянку», я знал, что важно желание решать вопросы и что труд всегда приводит к успеху.
В 1989 году я стал директором. А в 1991 году Борис Николаевич Ельцин с «легкой руки» подписал указ о роспуске партии. Рухнул и Советский Союз. Все многочисленные производственные связи, начиная от Молдавии, Украины, Прибалтики, Средней Азии и кончая Дальним Востоком, в одночасье оборвались. Прекратились. И начиная с 90-х, всем директорам предприятий легкой промышленности пришлось по-новому налаживать производственные отношения. Мы жили практически в самолетах. Ездили по всем оставшимся текстильным комбинатам, чтобы обеспечить людей работой. Это длилось долго. Не год и не два. Новое правительство в лице Гайдара и Чубайса сказало: нам легкая промышленность не нужна, мы все привезем из Китая. Легкая промышленность была за пределами того государственного внимания, которое было необходимо для защиты собственного рынка. Это был процесс свертывания всех завоеваний, всех технологических уровней, которые до этого были достигнуты.
— Василий Ануфриевич, время — это ткань жизни, узоры на которой мы пишем сами. К такому выводу вы пришли, написав десять глав книги «Судьбы моей простое полотно». Названия этих глав — от «Холста» до «Шелка» и «Кашемира» — отражают вашу профессиональную стезю. И жизненное кредо.
— Я хотел, чтобы страницы книги вместе с запахом типографской краски дарили мое главное жизненное открытие: полотно своей жизни мы способны соткать только сами. И самое главное для такого ткачества — это внутренний стержень, отношение к жизни. Ось. Смысл. Веретено.
— Вы — богатый человек?
— Еще бы! У меня четверо детей и шесть внуков.
— В своей книге вы открыли и простую формулу человеческого счастья…
— Самое большое счастье для меня — чтобы в моем доме была вся моя семья! Все здоровы, все за одним столом и вместе!
— Пусть так и будет!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.