Отче наш

Сегодня популярна фраза «все мы дети Божьи». Также сегодня не является ни для кого новостью, что Бог есть Отец. Самая известная во всем мире христианская молитва называется «Отче наш». В данном случае «Отче» это не отчим. «Отче» — это слово в устаревшем звательном падеже. В именительном — это «Отец». Т.е. по-современному молитва начинается со слов «Отец наш»
Повторимся, то, что Бог — Отец — не новость. Но так было далеко не всегда. В древности практически во всем мире правило язычество, многобожие. Богов воспринимали одни — как великих эволюционировавших до божественного состояния предков, другие — как сверхъестественных великих существ из космоса, которые могут вмешиваться в жизнь людей на земле. Третьи — если и помнили об изначальном Создателе, то считали Его именно Создателем (что, собственно, тоже является истиной), а не Господом и уж, тем более, не Отцом.
Только с распространением христианства мир начал видеть в Создателе еще и Отца. Но кто же мы сами? Дети Божьи или Его создания? Есть ли у этого Отца имя? Как нам к Нему правильно обращаться? И, вообще, что значит Отец?
Как твое Имя?
Вопрос об имени Бога интересовал людей всегда. Особенно он интересует людей, живущих в христианской среде. Этот интерес естественен, ведь у каждого из нас есть имя, упоминая которое, другие люди сразу вспоминают нас. Но можем ли мы знать имя Создателя Вселенной? Имя того, кто Сам надвселенен и создал само пространство, время, звезды, планеты и нас самих? Его имя, пожалуй, не вместила бы сама Вселенная. Кто-то может сказать об имени Бога, что это тайна за семью печатями. Выражение это означает, что что-то было скрыто от глаз и знания других, запечатано. Но, может быть, дело не в том, что оно скрыто, а в том, что имя это необъятно для нашего ограниченного сознания? Разве можно в устном или письменном слове обозначить Имя Абсолюта, имя Создавшего не только материю, энергию, но и духовный необъятный мир? Как объять необъятное? Как объять Необъятного? Вероятно, это так же невозможно, как невозможно досчитать в математике до бесконечности.
Вопрос об имени Божьем встречается уже в первых книгах библейского Ветхого Завета. Господь избрал народ израильский из всех народов, чтобы ему первому открыться как истинному Богу. Отметим, это не значит, что другие народы хуже. Для Бога все народы равны и ценен каждый отдельный человек. Если угодно, просто кто-то должен был быть первым. И таким народом стал народ израильский. Который, как мы знаем, попал на несколько столетий в египетское рабство. И не только физическое. И настало время вывести этот народ из рабства. И физического, и духовного. К тому времени и сами евреи стали забывать об истинном Создателе, заменяя его египетской мифологией.
Моисей, который, будучи евреем, был воспитан в семье фараона, бежит из Египта. И вот, когда он пас овец, увидел горящий и несгорающий куст, среди которого к нему обратился Бог с тем, чтобы Моисей вывел свой народ из рабства.
«Моисей сказал Богу: кто я, чтобы мне идти к фараону, царю Египетскому, и вывести из Египта сынов Израилевых? И сказал Бог: Я буду с тобою, и вот тебе знамение, что Я послал тебя: когда ты выведешь народ Мой из Египта, вы совершите служение Богу на этой горе. И сказал Моисей Богу: вот, я приду к сынам Израилевым и скажу им: «Бог отцов ваших послал меня к вам». А они скажут мне: «как Ему имя?» Что сказать мне им?
Бог сказал Моисею: Я есмь Сущий. И сказал: так скажи сынам Израилевым: Сущий… послал меня к вам. И сказал еще Бог Моисею: так скажи сынам Израилевым: Господь, Бог отцов ваших, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова, послал меня к вам. Вот имя Мое навеки, и памятование обо Мне из рода в род» (Исход 3:11-15).
Как видим, Моисей спросил у Бога Его имя. И получил ответ «Я есть Сущий». Что означает этот, как нам кажется, немного странный ответ? Странным он кажется тем, что мы пользуемся все-таки переводом Библии. Но для Моисея был ответ достаточно однозначным. Сейчас поясним.
Яхве (в последствии произносимое как «Иегова») — одно из имен Божьих, впервые встречающееся в Ветхом Завете. Имя Яхве было открыто сынам Израиля через Моисея. Текст Книги Исход дает возможность изъяснения имени Яхве. В нем Божественное имя связано с глаголом haya(h) — «быть». Используемая в Исх. 3:14 конструкция ehye(h) aser ehye(h) точно переводится как свидетельство Бога о Самом Себе: «Я ЕСТЬ ТОТ, КТО Я ЕСТЬ», или, сокращенно, «АЗ ЕСМЬ», «Я ЕСМЬ», «Я ЕСТЬ» (в русском переводе: «Сущий»).
Имя «Яхве» — это как бы отклик (Он — Сущий), повторяемый людьми в третьем лице, на Откровение, выраженное Богом в первом лице о Самом Себе. Имя Яхве заключает в себе тайну и дар. Оно не является простым местоимением, существительным или прилагательным, а содержит в оригинале глагол и поэтому воспринимается как таинственный отказ Бога вместиться в человеческие представления. Вместе с тем глагол в имени указывает на факт живого существования, всегда присутствующего и всегда действенного, свидетельствует о Боге как о Личном Существе, входящем в общение с человеком. Имя Яхве рассматривалось как собственное имя Бога, поэтому со временем оно перестало произноситься и лишь записывалось четырьмя согласными буквами YHWH.
Еврейское слово со значением «существовать» созвучно имени «Яхве»; в данном случае оно должно объяснить Моисею, что означает это имя: «Остающийся равным Себе», или: «Который есть и был и грядет» (Откр.1:8)
На вопрос Моисея: как Твое Имя? Он слышит: «Я есть Тот, Кто Я есть». Как мы уже сказали выше, это еще и отказ. Мол, не твое дело, Моисей, знать Мое Имя.
По мнению известного православного миссионера и богослова диакона Андрея Кураева, такой ответ был дан Моисею неспроста. Моисей рос в среде египетской мифологии, он впитал ее в себя и мыслил, если угодно, ее критериями, ее философией. А в египетской мифологии (как, собственно, и в большинстве языческого мира) знание истинного имени существа ошибочно означало осуществление магической власти над тем, чье истинное имя стало известно. Даже над божеством. И чтоб не вводить Моисея в соблазн, ему и был дан ответ: Я есть Тот, Кто Я есть.
Моисей прекрасно знал (и, возможно, верил) один из египетских мифов о том, как Изида пыталась узнать имя бога Ра. Напомним, что одно из самых удивительных явлений в магии (волшебстве) Египта относится к так называемому понятию сакрального имени (точнее, власти над человеком, которую дает знание сакрального, или истинного имени этого человека), или, по-другому, понятие «власти имени».
Древние верили, что существует непосредственная связь между существом и его сакральным (истинным) именем, в то, что, фактически, магическое воздействие на конкретного человека может быть произведено через посредство его сакрального имени так же, как и через его волосы или ногти (генетический код).
Среди древних кельтов существовало поверие, что сакральное имя имеет прямую связь не только с самим человеком, но является и частью его души.
Подобные представления о сакральном имени были широко распространены на Востоке, а также в Австралии, Абиссинии, Чили и в Северной Америке. И, конечно же, в Европе. Да что греха таить, и мракобесы XXI века, которых мы называем ворожеями, экстрасенсами и прочими биоэнергетами, выпавшими в астрал, всегда интересуются именем клиента и того, кого он хочет, например, «приворожить».
Так вот, исследование египетских папирусов показало, что многие египтяне имели по два имени — одно «большое» имя и одно «маленькое», или имя «истинное» и имя «хорошее»; первое предназначалось для публичного «пользования», в то время как «истинное» имя сохранялось в секрете практически от всех. Прекрасным подтверждением возможности приобретения могущества через сакральное имя служит легенда о том, каким способом Изида добилась от Ра знания его истинного имени.
Изида, уставшая от мира смертных, захотела попасть в мир Богов, и, чтобы совершить это, она решила добиться знания сакрального имени всемогущего Ра. Кроме самого Ра, его истинное имя не было известно не только смертным, но даже и другим богам. С этим именем Ра старел, и, как у многих в старости, у него часто капала слюна из уголка рта. И однажды Изида умудрилась смешать эту слюну с землей и создала из этой смеси ядовитую змею, которую затем подбросила на дорогу, по которой Ра шествовал каждый день. Волшебная змея его укусила, Ра громко закричал от боли. Яд быстро распространился в нем и вызвал сильную лихорадку. Ра призвал всех богов с надеждой на то, что их исцеляющие слова смогут ему помочь. С богами прибыла и Изида, которая расспросила его о том, что его беспокоит. Он рассказал ей о змеином укусе и добавил, что он невыносимо страдает от действия яда. Изида ответила: «Поведай мне свое истинное имя, и ты будешь жить». Ра попытался уйти от прямого ответа, сказав, что он утром — Хепера, в полдень — Ра, а вечером — Этем, но яд действовал столь стремительно, и он уже так ослабел, что уже не мог даже самостоятельно идти.
Изида продолжала настоятельно требовать, чтобы он сказал ей свое сакральное имя, что только при таком условии она сможет спасти ему жизнь. Тогда Ра закрылся от других богов и сообщил Изиде свое истинное имя. Как только Изида получила от него желаемое, она немедленно уничтожила яд в его теле, и он вновь стал здоровым. И сказал тогда Ра: «Я сам передал в руки Изиды знание своего сакрального имени и тем самым позволил, чтобы сила моего тайного имени перетекла из моей груди к ней». Из всего этого следует, что не только божественная сила связана с сакральным именем, но и, в прямом смысле этого слова, эта сила, располагающаяся где-то в районе груди, может быть извлечена и перенесена со всеми сверхъестественными возможностями в грудь другого.
Впоследствии сделанное Изидой заставило всех египетских магов стремиться к этому же, не останавливаясь ни перед чем. Потому что человек, познавший истинное имя божества, приобретал и его божественную силу.
Вот во что тогда мог верить еще находившийся под воздействием египетских заблуждений Моисей. Но в ответ он имени не услышал.
Хотя отчасти суть Божья в этом ответе тоже была явна Моисею. Имя Сущий («Я ЕСТЬ») указывает на самобытность Бога, то есть на то, что Он имеет жизнь в Самом Себе, а также на Божественное бытие как на истинно существующую вечную и неизменную реальность.
По свойству «самобытность» Бог принципиально отличен от всех Своих творений в том, в частности, отношении, что они имеют первопричину своего бытия не в себе, а «во вне» — в Божественном волеизъявлении, в Божественном творческом действии, и их бытие зависит от воли Божией, а также от естественных законов, всевозможных факторов, условий и обстоятельств. Бог же существует в силу самого факта Своего существования, не завися ни от кого и ни от чего ни по причине Своего бытия, ни по Своему бытию.
Святые Отцы и учители Церкви преимущественно обращали внимание на это последнее место и замечали, что имя Сущий есть приличнейшее имя Божие: потому что Бог в Себе самом заключает всецелое бытие, как бы некоторое беспредельное и безграничное море сущности; потому что Бог существует от самого Себя и через Себя, а все прочие существа получили бытие свое от Него; потому что Бог существует так, что сравнительно с Ним все прочие существа как бы не существуют.
У вас один Отец
Но в Новом Завете в Евангелии от Иоанна (17:6) Иисус говорит: «Я открыл имя Твое человекам, которых Ты дал Мне от мира; они были Твои, и Ты дал их Мне, и они сохранили слово Твое». Профессор Александр Павлович Лопухин поясняет: «Христос указывает на то, что Он открыл этим людям «имя» Отца, т.е. дал познать этим избранникам, что Бог есть воистину Отец, что Он любит всех людей и потому от века предрешил искупить их от греха, проклятия и смерти». Сын открыл людям Имя, которое они лучше всего усвоят и которое так же является истиной — Отец.
Блаженный Феофилакт Болгарский: «Я открыл имя Твое человекам». Теперь объясняет, что значат слова: Я прославил Тебя на земле, — именно: Я возвестил имя Твое. Как же Сын возвестил? Ибо Исаия еще говорил: «Клянитесь Богом истинным» (8, 1). Но мы много раз говорили, что если тогда имя Божие и было известно, то одним только иудеям, и притом не всем, а теперь говорится о язычниках, что им будет известно имя Божие, так как Христос дал уже семена богопознания, низложив диавола, введшего идолослужение. И иначе. Если и знали Бога, то знали не как Отца, а только как Творца; но Сын возвестил о Нем как об Отце, и словами и делами дав знать о Самом Себе; а кто доказал Сам о Себе, что Он Сын Божий, тот, очевидно, вместе с Собою дал знать и об Отце».
Так как иудеям уже было открыто имя Божие и они знали, что есть Бог, то, значит, здесь Иисус Христос говорит о других народах, которым не известно было это имя. Или же под именем Он разумеет здесь имя Отца, т.е. что Бог есть Отец истинного Сына; этого имени и иудеи не знали, оно было открыто им Иисусом Христом.
Кроме того, в Евангелии, обращаясь к апостолам, Иисус произносит слова: «…Не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель — Христос, все же вы братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник — Христос».
Интересна эта заповедь тем, что она… никогда не исполнялась христианами! С момента возникновения Церкви священников принято именовать «отцами» и «наставниками». За пределами храма, например, в школах, те же христиане, не задумываясь, называли и называют своих преподавателей учителями. И тем более это касается обращения к родному отцу.
Уже апостолы, к которым, собственно, и были обращены слова Христа, не только не запрещали, но первые начали именовать себя отцами, наставниками и учителями. Апостол Павел в послании к коринфским христианам пишет: «…Хотя у вас тысячи наставников во Христе, но не много отцов; я родил вас во Христе Иисусе благовествованием» (1Кор. 4:15). То есть он называет себя духовным отцом Коринфской Церкви. Апостол Иаков советует: «Не многие делайтесь учителями» (Иак. 3:1). И вообще, в своих посланиях апостолы очень часто использовали обращение: «дети мои». Так могли обращаться к своим слушателям только те, кого, в свою очередь, называли «отцами».
Как объяснить это противоречие между евангельской цитатой и поведением апостолов? Либо они пошли против заповеди своего Учителя, неправильно поняли и исказили Его учение, либо Иисус, не разрешив христианам именоваться «учителями» и «отцами», все же имел в виду нечто иное, нежели формальный запрет использовать эти слова в обращении к людям.
Если принять первый вариант, мы попадаем в тупик: все Евангелия написаны апостолами. Получается логическое противоречие: если они сами назывались «учителями» и «отцами», то зачем вообще надо было оставлять эту заповедь Христа в Евангелии? Ради обличения самих себя?
Если же мы доверяем ученикам Христа и, в конце концов, просто здравому смыслу, то эту заповедь надо понимать как-то иначе. В таком случае, что же все-таки имел в виду Иисус?
Необходимо прочесть эту фразу в контексте, не вырывая ее из евангельского повествования. Ведь Библия — это не набор цитат, а цельный и связный текст. Слова об отцах и учителях Христос произнес в Иерусалиме за несколько дней до распятия. Тогда в городе было особенно многолюдно, ведь приближался праздник Пасхи. Христос, зная, что с Ним вскоре произойдет, использует это время, чтобы произнести Свои последние проповеди.
Однако и тогдашние религиозные учителя народа — фарисеи и книжники — используют в своих целях людей, пришедших к Иисусу. Считая Христа лжепророком и лжемессией, они при большом количестве свидетелей пытались скомпрометировать Его, уловить на какой-нибудь фразе, что в дальнейшем могло бы послужить поводом к обвинению.
После очередной неудавшейся попытки учителей и отцов израильского народа «уловить Иисуса в слове» Христос обращается к людям с жесткой обличительной речью против их религиозных наставников:
«На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи. Итак, все, что они велят вам соблюдать, соблюдайте и делайте; по делам же их не поступайте: ибо они говорят и не делают. Связывают бремена тяжкие и неудобоносимые и возлагают их на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их. Все же дела свои делают с тем, чтобы видели их люди; расширяют хранилища свои и увеличивают воскрилия одежд своих; также любят предвозлежания на пиршествах и председания в синагогах и приветствия в народных собраниях, и чтобы люди звали их: «учитель! учитель!» А вы не называйтесь учителями: ибо один у вас Учитель — Христос; все же вы братья. И отцом себе не называйте никого на земле: ибо один у вас Отец, Который на небесах. И не называйтесь наставниками: ибо один у вас Наставник — Христос»(Евангелие от Матфея, глава 23, стихи 2 — 10).
Из контекста видно, что речь идет о вещах более важных, нежели словооупотребление. Христос обличает здесь определенное состояние человека, взявшего на себя учительство. Во-первых, израильские учителя сами не следуют тому, чему учат, во-вторых, болеют тщеславием.
Эти евангельские слова относятся, конечно, не только к тем, кого непосредственно обличал Иисус, но и к современным христианам и их наставникам. Во что же может вылиться учительское тщеславие, почему Христос так обличал его? Представьте, например, учителя истории, который на лекциях заявляет: «Я создатель, повелитель и двигатель мировой истории. Все, что я вам рассказываю — я сотворил сам». Наверное, ничего, кроме сожаления, такая личность не вызовет. Ведь все понимают, что преподаватель любой дисциплины — всего лишь посредник в передаче знаний, а его учительство — это служение. Будь то история, математика или химия.
Тем более это относится к религиозным наставникам. Их призвание — служение Богу. И человек, который забывает это, по мнению христианства, не может называться учителем. Именно такое учительство и обличил Христос. И в таком значении последователи Христа действительно не могут и не должны называться учителями.
Если же священники учат и проповедуют, не претендуя на исключительность своей миссии, понимая, что учение, которое они проповедуют, не их собственное, и они только ведут ко Христу, то им, как и апостолам, ничто не мешает называться учителями и отцами.
Но если вы вдруг услышите, что некто, пусть даже и священник, называет себя «новым христом», «источником откровения», «основателем третьего завета» или даже просто заявляет об исключительности своего духовного опыта как единственно верного — к подлинному христианству он не имеет никакого отношения. Очень часто именно такие люди, вырывая заповедь Христа из контекста, толкуют ее как запрет словоупотребления и строго-настрого запрещают именовать себя отцами, наставниками и учителями. Обычно в сектах все называют друг друга «братьями». Что же меняется от этого? Да ничего! Можно выпустить тысячи инструкций, запрещающих слово «отец», но при этом стать самым настоящим идолом для своих последователей. При этом скромно именоваться «братом». Но какая разница, кому обманутые люди отдают свои квартиры и рабски, фанатично подчиняются — отцу Х или брату Y?
Тех, кто внес наибольший вклад в развитие христианского вероучения, принято называть отцами и учителями Церкви. Но они никогда не присваивали себе звания спасителей человечества. Апостолы сравнивали себя с земледельцами, работающими на поле, которое принадлежит Богу. Поэтому священники — духовные отцы и учителя, всегда очень боятся стать Отцами и Учителями для своих духовных чад, т. е. вместо Христова учения учить чему-то своему, и вместо того, чтобы вести человека ко Христу, привести к себе.
Как писал Питер Эдвард Гиллквист, бывший протестант, который стал православным священником: «Перед лицом отвратительного и постыдного вероотступничества этих религиозных вождей — фарисеев — Иисус сказал своим ученикам: «Отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас отец, Который на небесах». В то время как отец Авраам и другие великие деятели в истории Израиля своей верностью заслужили такой титул, фарисеи и книжники утратили роль отцов. Они должны были прекратить использование такой формы обращения, а вместо этого поклониться Самому Богу как Первоисточнику всего отцовства.
Сделав Свое предупреждение, Иисус обратился к нам с величайшим из всех повелений. Он указал в Своей Церкви отцов и учителей и тех, кого они ведут к любви к Богу и ближнему».
Блудные дети
В Евангелии от Луки Иисус Христос рассказывает притчу о блудном сыне. По сути, это притча о нас, которые убежали от Отца Небесного, но осознали свою беду, нашли силы вернуться к Отцу с покаянием. И о том, как Милостивый Отец с радостью может принять нас обратно.
«Сказал Господь такую притчу: у некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав все, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил все, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! Ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться. Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое? Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым. Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козленка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточивший имение свое с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и все мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся».
Но все ли мы дети Божьи? В Библии говорится о том, что через веру в Сына Божьего, Иисуса Христа, через крещение в Него, в Сына, мы приняли духа усыновления Богу. Через Сына к Отцу. И по праву можем считать Бога не только нашим Творцом, но еще и Отцом.
«Ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии; потому что вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!». (Рим.8:14-15).
«И не только творение, но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего». (Рим. 8:23).
«Бог предопределил усыновить нас Себе чрез Иисуса Христа, по благоволению воли Своей…» (Еф. 1:5).
«Но когда пришла полнота времени, Бог послал Сына Своего Единородного, Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных, дабы нам получить усыновление.» (Гал. 4:4-5).
Христиане — усыновленные и удочеренные дети Бога. Дух, который мы приняли, — это Дух усыновления, и Он дает нам право обращаться к Богу «Авва! Отче!» — такое же, как у единорожденного Сына Бога, Иисуса Христа.
«А как вы сыны, то Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!» Посему ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа» (Гал.4:6,7).
«А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими.» (Ин.1:12) — без каких-либо оговорок!
В этом смысле, и я, и другие христиане — все у Бога «усыновленные» и «удочеренные». А «полное усыновление» — это ожидаемое нами «искупление тела нашего».
Блудные ли мы дети Божьи или верные… Мы еще имеем возможность вернуться к Богу. И чем раньше, тем лучше. И Он, будучи Отцом, примет нас. Будем же благодарны за это.